Рэйф сосредоточился на толпе перед собой, отвечая на их вопросы, но вдруг, почувствовал в комнате странную перемену, как будто доступ воздуха каким-то образом стал больше, а сам воздух — свежее. Чище. Это было странное ощущение, как от внезапного пробуждения. О, то было ненастоящее. Вот — реальность.

Что-то изменилось, и он не знал, к лучшему или к худшему.

Краем глаза Рэйф увидел движение и сумел повернуть голову немного, так, чтобы никто из репортеров не понял, что у шефа полиции изменился объект внимания.

Но все же он удивился, что никто другой не заметил, что она вошла, хотя она вошла из коридора, став позади кучки репортеров. Рэйф сомневался, что ее часто не замечали. Он отметил, что женщина остановилась, чтобы что-то сказать одному из его офицеров, показав нечто напоминающее удостоверение личности, вызвавшее явное удивление. Несомненно тот ответил с заиканием, потом Рэйф заметил, как она прошла мимо и стала возле двери. Женщина рассматривала толпу репортеров и их спутанный клубок камер. Ее полуулыбка вовсе не была веселой, а скорее грустной. Она была одета в удобную одежду по погоде: джинсы и топ без рукавов, волосы были стянуты в аккуратный хвостик. Она походила на кого-то из журналистской братии.

Но это было не так.

Когда в переполненной комнате их глаза мимолетно встретились, Рэйф в ту же секунду обрел знание того, что заставило его похолодеть.

Нет. Вселенная не могла его так ненавидеть.

— Шеф, вы можете…

Он резко оборвал вопрос.

— Благодарю за то, что пришли сюда сегодня. Если еще будут факты, вам сообщат. Хорошего дня.

Рэйф спустился с возвышения и пошел прямо через толпу, не обращая внимания на задаваемые вопросы, и дойдя до нее — сказал коротко и ясно:

— Мой офис через дорогу.

— Показывайте дорогу, шеф, — голос оказался таким же замечательным, как и вся она, один из таких жарких, хриплых голосов, которые мужчина рассчитывает услышать, когда звонит на номер 900 в «секс по телефону».